oldAdmiral (oldadmiral) wrote,
oldAdmiral
oldadmiral

Categories:

24. Наш самый славный час - 2

К вечеру 7 февраля к месту будущего сражения подтянулись первые части французов. Фактически Наполеон имел на поле боя 45,000 человек - корпуса Сульта и Ожеро, кавалерия Мюрата и гвардия. Это было намного меньше тех сил, которыми располагал Беннигсен (порядка 70,000). Начинать большое сражение при таких условиях было бы необдумано. Есть свидетельства, что Наполеон и не хотел этого делать, хотя другие усматривают в вечернем бою 7 февраля ошибку императора. Существует и анекдотическая версия развития событий.

Дело в том, что не будучи в курсе действий Беннигсена, и полагая что тот все еще продолжает отступать, Наполеон назначил местом своей квартиры в ночь с 7 на 8-е февраля как раз Эйлау. Когда он прибыв на поле боя увидел боевые порядки русской армии, то перенес квартиру в Цигельхоф - Эйлау было занято русскими. Однако слуги императора, багаж, полевая кухня и т.п. не будучи оповещены о перемене прибыли 7 февраля на окраину Эйлау.

Наши музеи могли бы поплниться в тот вечер многими ценными экспонатами, если бы императорский багаж не сопровождал отряд гвардии. Гвардейцы бросились спасать багаж, от патруля русских, началась стрельба. На помощь тем и другим поспешили все новые и новые части, пока стычка не переросла в настоящее сражение. Столкновение началась в 2 часа дня и продолжалась 8 часов! Городское кладбище переходило из рук в руки несколько раз, но в конце-концов осталось за французами. Так же как и сам город. Обе стороны потеряли не менее, чем по 4000 человек.

Ночь с 7 на 8 февраля стала по свидетельству многих переживших ее очевидцев самой ужасной в их жизни. Впрочем наступивший день затмил и и эти ужасы. К утру мороз достиг 30 градусов. Если французская армия хотя бы частично еще могла найти себе крышу над головой в отвоеванном Эйлау, то русские ночевали под открытым небом. Весь день периодически шел снег, а то и настоящая метель.

Численность войск, на которые мог рассчитывать Наполеон достигала с учетом корпусов Даву и Нея 75 тысяч человек при 200 орудиях. У Беннигсена было 67 тысяч и 460 орудий.

Чтобы правильно понять причину дальнейших решений Бонапарта, необходимо вспомнить как складывалась к 8 февраля 1807 года его карьера. Тулон - Арколе - Маренго - Аустерлиц - Иена. Это сплошная цепь побед. Не просто побед, а таких, каждая из которых вошла в историю войн. Сражений закончившихся разгромом неприятельской армии. Ни одного поражения, ни одной битвы с сомнительным исходом. При этом повержены лучшие армии Европы - русская, прусская, австрийская.

Каким могло бы быть следущее достойное звено в этой цепи? Ответ может быть только один - Канны. Канны это мечта любого полководца. Как мы помним при Каннах Ганнибал в свое время победил римскую армию. Почему именно Канны? Все просто. Маневр, предпринятый Ганнибалом при Каннах называется двойным охватом. В случае успеха этот маневр приводит не просто к победе или даже к разгрому неприятельской армии, а к ее практически полному уничтожению.

Разве кого-то может удивить, что Наполеон, будучи в зените своей славы, решил устроить русской армии Канны? По его замыслу русская армия должна была быть охвачена с обеих флангов корпусами Даву (справа) и Нея (слева).

Image Hosted by ImageShack.us

Впрочем такой план был сродни рискованной ставке - в случае удачи, выигрыш был бы огромным, но и рисковал Наполеон очень многим. Ведь совершающие обход корпуса не могли помочь главным силам в первые - самые критические часы сражения. Причем ко времени составления этого плана на поле боя еще не было Нея. Он только должен был подойти, причем наблюдая при этом за 9-тысячным прусским корпусом Лестока, маневрировавшим неподалеку.

Чтобы дать своим флангам время завершить маневр, Наполеон замыслил фронтальную сковывающую атаку на центр русской позиции силами корпуса маршала Сульта. Это была незавидная задача. Чтобы скрыть свою временную слабость Наполеон выдвинул вперед даже свою гвардию, которую обычто держал в тылу. Своим видом гвардейцы должны были деморализовать наши войска.

Впрочем деморализовывать русских внешним видом задача неблагодарная. Правый фланг русских войск образовывали дивизии Тучкова. Наибольшая группировка наших войск под командой генералов Эссена и Сакена располагалась в центре - напротив Эйлау. Здесь же были организованы две большие батареи по 60 и 70 пушек. Левый фланг позиции оборонял генерал Толстой, резерв составляли дивизии Дохтурова.

В 8 утра русские артиллеристы подожгли Эйлау и над полем сражения навис покров черного дыма, дополнив и без того мрачную картину. Обе стороны открыли страшную канонаду, звук которой глушил падающий снег. Через некоторое время пришел в движение корпус Сульта, начав свою сковывающую атаку. На правом фланге французов появились головные дивизии корпуса Даву, которые и должны были нанести настоящий и решающий удар.

Однако в 9 часов утра правый русский фланг под командованием Тучкова сам перешел в наступление против Сульта, и оттеснил его к Эйлау. Авангард Даву попал под сосредоточенный удар русской кавалерии, и также не мог пока помыслить о наступлении.

В сражении наступила пауза, которую заполнила возобновившаяся канонада артиллерии. Чтобы ослабить давление на Сульта и сохранить в своих руках инициативу Наполеон принимает решение атаковать позиции Толстого силами маршала Ожеро.

9-тысячный корпус двинулся вперед и исчез в снежной метели. Надо отметить, что маршал был болен, и просил освободить его от командования, но Наполеон просил подождать один день. Ожеро, с перемотанной шарфом под двууголкой головой сам возглавил атаку, но допустил ошибку.

Ослепленные метелью, французы потеряли направление и вышли прямо под пушки Сакена. В исторической литературе часто говорится, что корпус Ожеро был полностью уничтожен в этой атаке. Это конечно преувеличение. Однако корпус потерпел страшное поражение, это без сомнения.

Разгром довершила атака резерва Дохтурова. Во французкой историографии хорошо известен эпизод, когда командир 14-го линейного полка, отчаявшись спасти людей попытался отломить со знамени орла, и передать его адьютанту, чтобы хотя бы знамя не досталось врагу. Это естественно не удалось, знамя досталось нашим.

К половине двенадцатого центр французской позиции был практически прорван. Оба пехотных корпуса, которыми Наполеон располагал на поле боя потерпели поражение. Колонна русских войск ворвалась на окраину Эйлау. Наполеону и его штабу угрожала непосредственная опасность. Вот что пишет об этих минутах боя наш известный историк Тарле: "Сам Наполеон с пехотными полками стоял на кладбище Эйлау, в центре схватки, и чуть не был убит русскими ядрами, падавшими вокруг него. На его голову сыпались поминутно ветки деревьев, обламываемые пролетавшими ядрами и пулями. Наполеон всегда считал, что главнокомандующий не должен рисковать своей жизнью без самой крайней необходимости. Но тут, под Эйлау, он видел, что снова, как под Лоди, как на Аркольском мосту, наступила именно эта крайняя необходимость. Но там, под Лоди или под Арколе, нужно было броситься первому на мост, чтобы этим порывом и жестом увлечь замявшихся гренадер за собой, под Эйлау же требовалось заставить свою пехоту стоять терпеливо часами под русскими ядрами и не бежать от огня. Наполеон и окружавшие его видели, что только личное присутствие императора удерживает пехоту в этом ужасающем положении. Император остался неподвижно на месте, отдавая новые и новые приказания через тех редких адъютантов, которым удавалось уцелеть при приближении к тому страшному месту, где стоял окруженный несколькими ротами пехоты Наполеон. У его ног лежало несколько трупов офицеров и солдат. Пехотные роты, вначале окружавшие императора, постепенно истреблялись русским огнем и заменялись подходившими егерями, гренадерами гвардии и кирасирами".

Однако был у французского командующего и еще один серьезный резерв. Как я уже говорил, "Великая Армия" французов была разделена на самостоятельные корпуса, в каждом из которых были контингенты пехоты кавалерии и артиллерии. Но не вся кавалерия была роздана по корпусам. Были и еще так называемые "резервные кавалерийские корпуса". В них объединялись кирасиры и карабинеры - элитная тяжелая кавалерия. Вместе с кавалерией гвардии - несколькими полками лучшей кавалерии во французской армии, эта сила и составляла мобильный резерв, который всегда был под рукой императора.

Вообще говоря считается, что кавалерия с появлением огнестрельного оружия навсегда утратила статус доминирующего рода войск, каковой она являлась в средние века, уступив его пехоте. Верно это утверждение лишь отчасти. Ведь кавалерия сохранила одно свое очень важное преимущество - мобильность. Иногда несколько сот солдат, но там и тогда, когда это критически необходимо могут решить больше, чем целая армия.

А у Наполеона было под рукой 10700 кавалеристов под командой Мюрата. На громадных собранных по всей Европе в том числе и трофейных прусских лошадях французские кирасиры - "железные люди" представляли собой устрашающую силу. Вообще во французской армии во всех ее частях были так называемые элитные подразделения. Например в каждом пехотном батальоне были гренадерские роты. Они размещались на правом фланге и охраняли знамя. Элитные подразделения были и в кавалери и в легкой пехоте. Из этого правила было только три исключения. Одно из них, это понятно, гвардия. Второе - артиллерия, как-никак Наполеон сам был артиллерист. Третье - кирасиры. Все кирасиры сами по-себе были элитой. Все носили отличительный знак элитных частей - красные эполеты. Даже более того. Каждый род французской кавалерии имел свое представительство в гвардии. Например наряду с порядка 30-ю армейскими драгунскими полками существовал и гвардейский драгунский полк. Отличившиеся гусары или конные егеря могли продолжить службу в гвардейском конноегерском полку. А вот 14 кирасирских полков своего представителя в гвардии не имели. Таким образом они как бы сами полностью были гвардией.

Что это была за машина по сокрушению неприятеля очень хорошо описано у Гюго в "Отверженных". С той только поправкой, что при Ватерлоо в резервных корпусах Мильо и Келлермана было порядка 6,000 человек - французская кавалерия, особенно в плане конского состава, очень сильно пострадала за непрерывные войны 1807-14гг. В 1807-м же, после реквизиции прусских лошадей, французская кавалерия была пожалуй на вершине своего могущества. Были еще живы легендарные командиры тяжелой кавалерии, такие как д'Ополь.

Эту силу и обрушил на нашу армию Наполеон около полудня, в надежде получить передышку и восстановить положение в центре. 80 эскадронов великолепно снаряженных кавалеристов в отличной форме пронеслись через отделявшие их от противника 2500 ярдов и обрушились на него. Это была одна из величайших кавалерийских атак в истории, - пишет американский историк Дэвид Чандлер.

Французские кавалеристы, предводительствуемые Мюратом, прошли позиции русской армии практически насквозь, развернулись, ворвались с тыла на батарею, уничтожившую корпус Ожеро, вторично атаковали теперь уже с тыла линию русских войск, и вернулись к своим.

Надо сказать, что страшное испытание не смогло опрокинуть русскую пехоту. Солдаты ложились на землю, а когда конница проскакивала у них над головой стреляли им в спину. Но линия наших войск все же была сильно расстроена и потрепана.

Этой знаменитой атаке сопутствует такой исторический анекдот. Во французской гвардии существовал полк конных гренадер. Это были лучшие из лучших тяжелых кавалеристов во французской армии. Они славились самыми высокими медвежьими шапками и носили скромное прозвище - "боги". Ожидая атаки полк попал под огонь русской артиллерии. Гренадеры стали пригибаться от летящих ядер и пуль. Это категорически не соответствовало их статусу и командир гренадер - полковник Лепик сказал, - "Выше головы, ребята! Это же пули, не говно!"

Другим результатом этой атаки стала весьма необычная награда, доставшаяся Павловскому полку. Александр I, за проявленную полком стойкость, распорядился оставить им навечно гренадерские шапки, в каких они были в день сражения. Огромными золочеными бляхами гренадерок времен Фридриха Великого павловцы отсвечивали и в окопах Первой мировой, вплоть до самого упразнения русской армии.

Вернемся однако к боевым действиям. После кавалерийской атаки положение несколько выровнялось, причем примерно на тех же позициях, что и утром. Надо сказать, что активные действия кавалерии лимитировались усталостью лошадей, и рассчитывать на повторный эффект от кавалерийской массы, потерявшей порядка 1500 человек, французам уже не приходилось.

Как и при Бородине, Наполеон мог бы попытаться решить исход сражения послав в атаку гвардию, и как и при Брордине он не решился это сделать - от корпуса Нея еще не было известий, и где находится Лесток Наполеон тоже не знал.

Зато передышкой, предоставленной Мюратом в полной мере воспользовался Даву. Второй после Наполеона полководец Франции того времени наконец сосредоточил все свои силы и в час дня Наполеон распорядился хоть и частично но попытаться реализовать свой первоначальный план.

Даву начал охватывающую атаку против открытого левого фланга Толстого. Свежий французский корпус медленно но верно начал вдавливать нашу позицию дальше и дальше на север. К 3:30 дня уже русская армия находилась в критическом положении. Левое крыло настолько подалось назад, что наша позиция стала напоминать букву V, обращенную острым углом к югу, которая в любой момент могла быть прорвана с самыми катастрофическими последствиями.

Именно в этот момент на поле боя появился Лесток. И именно на левом фланге русской позиции. Видимо у пруссаков судьба такая - появляться в самый критический момент. Я, как вы понимаете, имею в виду Блюхера и Ватерлоо. Впрочем если при примерно таких же масштабах сражения, Блюхер привел под Ватерлоо порядка 60,000 человек, что естественно решило судьбу этой битвы, то у Лестока было лишь 9 тысяч.

Теперь уже Даву, осуществлявший фланговую атаку был охвачен с фланга. Воодушевленные новым оборотом дела части Каменского и Багговута, собрав последние силы, перешли в наступление. Измотанные французы вынуждены были с боем отступать. Над полем сражения уже начали сгущаться сумерки, и судьба, казалось, улыбнулась русским.

Все корпуса французов были измотаны или разбиты. У наполеона оставалось лишь 6,000 относительно свежих солдат гвардии, но теперь он уже не мог бросить их в дело, надо было думать о том, кто будет прикрывать отход разбитой армии.

Однако мы давненько не упоминали об одном нашем фигуранте - Нее. Как и при Маренго, Наполеон держался лишь надеясь на чудо, и как и при Маренго оно произошло. В 7 часов вечера, хотя и упустив Лестока, Ней со своими 14,5 тысяч солдат прибыл на поле боя и спас для Наполеона этот день.

Энергично атаковав Тучкова Ней занял в 8 часов вечера деревню Шлодиттен, однако Тучков контратаковал и отбросил французов на исходные позиции. Прибытие Нея воодушевило всю французскую армию, и наступление русских в центре и на юге было к 10 часам вечера остановлено. После 14 часов жестокой битвы стороны находились в патовой ситуации. На поле сражения опустилась ночь.

Ну а нам лишь остается подвести итоги. И номинирвать Эйлау на звание "нашего самого славного часа" :). Сделаю это в следующий раз. Итак "букфф" получилось достаточно много.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 45 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →